В ведении боевых действий он руководствуется принципом одного генерала жившего в двадцатом веке, который никогда в армиях так и не применялся. Суть его в том, что никто не в праве манипулировать человеческими жизнями, даже на войне. Командир должен отдавать приказы так, чтобы солдаты имели возможность сами распоряжаться своими жизнями выполняя боевую задачу. Отличная тактика, глубочайшее понимание ее сути, и гениальное применение, чему доказательство сегодняшний крах десанта. Впрочем, у Эйна все гениально и все получается, - Ланц вздохнул и отвалился на спинку кресла.

Борни чуть не сорвался со своим давним вопросом.

-Почему же не смотря на всю кристальную безукоризненность Эйна ты предал его, почему двурушничаешь, подтачиваешь "Течение" изнутри, думал Борни. Догадка пришла внезапно. Таким образом, Ланц мог убивать собственные сомнения. Вредя Эйну изнутри он усиливал общее давление на "Течение", но если принцип организации точен и вера людей в ней несокрушима, практически не реально нанести "Течению" как вере какой-либо вред. Они выстоят даже когда сто тысяч Ланцев будут вредить им, ибо вера их абсолют, те, кто увидит это, прекратят нападки, а те, кто ушел, сомневаясь, вернутся, не говоря про новопришедших увлекаемых силой духа и целеустремленностью новой веры. Может именно поэтому Ланц стал агентом, он лечит собственное неверие. То, что Ланц двойной агент Борни исключал, тот слишком погряз в предательстве для таких подозрений.

Мысль показалась Борни интересной, но он не был уверен в правильности своих догадок и испытывал некоторые сомнения. Ланц явно и сильно сочувствовал Эйну, и никогда не пытался слишком сильно ему навредить. По началу его все-таки считали двойным агентом, но потом сочли его деятельность пассивным сотрудничеством, что вполне удовлетворяло руководство. Вообще в последний год директора, да и самого президента стало устраивать многое из того, что раньше они никогда не приняли бы всерьез. На лицо была надвигающаяся тень фиаско. Они хватались за любые