Подобно тому как Природа не принимает вакуума внутри атмосферного слоя, Время не принимает двойников. Эта возможность временных ксерокопий безусловна: кто-либо или что-либо, пытающееся сосуществовать в разных временах одномоментно, просто перестает существовать. Агенты Империи также соблюдали второй великий закон самосохранения: они тщательно избегали трогать историю своей собственной планеты, чтобы случайно не повредить то, что поколения спустя может повлиять на их собственное существование, ведь это могло привести к риску уничтожить самих себя.

Нет, агент Империи, называвший себя Кроносом, не осмелится подвергать опасности себя самого. Кронос, возможно, и не хочет подвергать опасности историю Земли, но Форчун и все в ТЕРРЕ знали, что случайная угроза может быть такой же смертельной, как и та, которая спланирована самым тщательным и зловещим образом.

Форчун не чувствовал себя ни удивленным, ни польщенным этим заданием. Ведь именно его увлечение как историка этой планетой и заставило ТЕРРУ привлечь его к работе специальным агентом.

Сперва трудно было поверить, что ему всерьез представлялась возможность жить в разных веках его любимой планеты. Конечно, он слышал, что у Галактической Федерации есть машина времени, но полностью поверил в это только после того, как увидел ее в действии.

Стать агентом ТЕРРЫ? Конечно! Что я буду должен делать?

Его первое задание как резидента в Центральной Европе во времена Вольтера было довольно простым: держать глаза открытыми, сообщать обо всем странном, обо всем, выходящем за рамки того исторического периода. Мы удалим это оттуда.

Во время этого первого задания, чуть больше двенадцати лет назад по базовому времени, Уэбли стал его партнером. Он и симбионт выбрали друг друга из большого числа возможных друзей по команде и создали прекрасное партнерство, которое было очень важным для работы. Уэбли весил семь килограммов и во многом был организмом лишь в том смысле, в каком пчелиный рой может восприниматься как организм.