— А, понятно, — пробормотал я, безуспешно пытаясь разглядеть выражение его лица в колеблющихся отблесках пламени и пляшущих теней.

— Я не сержусь, — заметил Морри. — Ты должен испытывать блифедж, чтобы понять его возможности.

— Скажи мне, — попросил я, — что мы сейчас обсуждаем: власть над жизнью или власть над смертью?

— Забавно, — произнес Морри. — Ты что, увлекся философией? Мне понравилась твоя шутка.

— Нет, я спросил совершенно серьезно.

— Ну, — сказал Морри, — я властвую над жизнью. И наоборот. Мы с тобой, как «инь и ян».

— Но ты же не обязан заниматься только своей стороной дела — раз уж ты подарил мне блифедж.

— Дэвид, я не могу использовать блифедж. Мне дано лишь научить тебя. Мне нужен человек, который применял бы это замечательное средство.

— Понятно.

— Уверен, что не совсем. Иди и экспериментируй. Сначала тебе покажется, что люди, которые будут обращаться к тебе за помощью, появляются у твоего порога случайно, но так будет далеко не всегда.

Я кивнул.

— У тебя есть вопрос? — осведомился крестный.

— Да. Огарок свечи, который ты использовал для того, чтобы продлить жизнь миссис Эмерсон из палаты номер 456 на шесть с лишним лет... Как получилось, что свеча погасла, не догорев до конца? Такое впечатление, что ты до времени задул чью-то жизнь.

— Действительно, может так показаться, верно? — ответил Морри, широко ухмыльнувшись. — Как я уже упоминал, смерть и в самом деле обладает властью над жизнью. А теперь давай выпьем кофе с бренди.

Я был смущен тем, как Морри управлял своим бизнесом. Но это было его шоу, и он всегда хорошо относился ко мне. На мой очередной день рождения Морри принес роскошный костюм и несколько пар обуви, а когда я стал практикующим врачом, явился в гости с новеньким автомобилем. Дорел по-прежнему был в превосходном состоянии, но не мог же я ездить к пациентам на велосипеде!.. Я нашел место для Дорела в задней части гаража и катался на нем только по выходным. Однако вечерами я все чаще и чаще стал наведываться в гараж, садиться на высокий стул, вскрывать бутылочку холодного пива и разговаривать с моим велосипедом так, как много лет назад, когда был мальчишкой.