И ведь есть что терзать: немало красных точек усыпало землицу от Днестра до Волги и дальше веселыми конопушками. Только вот счастья эта арийская сыпь русичам не принесет. Лишь навлечет беду — совместный фашистско-тевтонский крестовый поход.

Бурцев продолжал изучать карту. Вот пара точек — за Новгородом, у Ильмень-озера. Одна — в непролазных лесах южнее Пскова. Самая же жирная клякса сливалась кровавым пятном с Дерптом — на самом русско-ливонском приграничье. Мало того — точка дважды обведена. Что бы это значило?

Дыхание перехватило. Да ясно же что! Фон Берберг говорил о некоем плацдарме — о главной базе Цайткоманды, откуда начнется натиск на восток. Говорил, но не открыл, где именно она находится. Теперь известно где. Дерпт! И ведь в разговоре, подслушанном Освальдом во Взгужевеже, тоже речь шла о Дерите! Ну, а если это такая важная точка на карте, не там ли штандартенфюрер прячет Аделаиду? Вообще-то, все здорово смахивало на то: телепортировать пленницу при помощи магических платц-башен со старой кульмской мельницы в Дерпт для фон Берберга — секундное дело.

Что ж, путь на Дерпт карта цайткоманды укажет им лучше любого проводника…

О своих планах Бурцев рассказал, когда все снова сидели в седлах. Говорить о предстоящей дороге лучше всего в дороге — меньше соблазна остаться на месте.

— Дерптское епископство? — Глаза пана Освальда не по-доброму блеснули. Дернулся длинный ус… — Почему бы и нет? Если фон Берберг там, я — за. Вестфалец должен ответить за Взгужевежу.

Сыма Цзян и Ядвига тоже возражать не стали. Обоим нечего было возразить. И обоим некуда было податься.