Вот, не далее, как третьего дня, будто бы показалось Лешке словно бы промелькнули на форуме в толпе покупателей знакомые кудряшки Зевки. Показалось. Мало ли кудрявых подростков? Сколько сейчас Зевке – наверное, лет пятнадцать… Выспросить бы о нем дружка своего, Тимофея. Мало ли – и тот его видел? И вот еще было бы хорошо подставить Зевке – если это и в самом деле он – скажем, того же Аргипа. Хотя, нет, нельзя, Филимон сказал – только в кабинете. Ага, научишь тут чему-нибудь в кабинете, как же! Но, он же еще добавил чтобы новичка никто не видел вместе с сотрудниками эпарха. Так его никто и не будет видеть. Вместе.

Аргип даже не сменил одежку – да и незачем, и так у него вид был самый что ни на есть подходящий – ну, типичный провинциальный ротозей, этакое полохало. Лешка не поленился, кошель новичку подобрал соответственный – большой, пузатый, из полосатой кошачьей шкуры – именно такие обычно и носили приехавшие в столицу провинциалы.

Проинструктированный, как надо, Аргип, глазея по сторонам с видом стопроцентного деревенского растяпы, неспешным шагом направился к рынку Быка. Позади, шагах в двадцати, словно бы сам по себе, шагал Лешка, время от времени цепко посматривая вокруг.

На рынке Быка было довольно людно – не так, конечно, как по большим праздникам или в старые годы, но все же имелся разнообразный народец. Стоящие за рядками, торговцы громогласно нахваливали свой товар – корзины, керамические кувшины и блюда, ткань. Продавцы более высокого полета настежь распахнули двери и окна многочисленных лавок, располагавшихся на первых этажах домов и мастерских. Некоторые даже высылали на прилегающие улицы мальчишек-зазывал, и их звонкие голоса звучали повсюду: