Малруни подумал, что именно так народ Зеерлику’Валханайи и воспринимает столицу своей империи – как цветок среди холодной стали, как жемчужину в железной короне Ханства, как оазис покоя в центре урагана.
Посланник вздохнул, отвернулся от окна и принялся расхаживать взад и вперед. Его вызвал «холоханзир», сам великий визирь, и ему еще ни разу не приходилось так долго ждать в приемной. Малруни имел много знакомых среди орионских чиновников и уже знал, что как гром среди ясного неба разразился какой-то серьезный кризис. Он был не в курсе происшедшего, но слухи о космической катастрофе придавали его неожиданно долгому ожиданию зловещий оттенок.
Резкий стук дерева по камню вывел Малруни из задумчивости. Он плавно повернулся, вовремя вспомнив, что среди орионцев ни в коем случае не следует делать резких движений, выдающих нетерпение, и увидел личного глашатая «холоханзира» с покрытой причудливой резьбой и украшенной драгоценными камнями церемониальной пикой в руке. Рыжеватый мех на его теле в нескольких местах расцвечивали плебейские бурые пятна, но держался он прямо и кланялся Малруни с таким видом, словно только что проглотил палку. После очередного поклона он выпрямился и вежливым жестом пригласил посланника следовать за собой.
Глашатай провел Малруни по залитому солнцем залу, обрамленному балконами с балюстрадами в виде прихотливо переплетающейся виноградной лозы. Прогулка по залу была короткой, но у Малруни бешено колотилось сердце, когда гонец постучал в дверь в другом его конце. По ее сторонам стояли неподвижные, как статуи, часовые, вооруженные не декоративным пиками, а винтовками-иглометами и крупнокалиберными пистолетами. Глашатай открыл дверь и с поклоном пригласил посланника Земной Федерации войти.