Моим детям катастрофически не хватало новых особей для развития. Большая часть икры оказывалась нежинеспособной. Так было, пока они не освоили высоты в горах и не вышли морю. У нас появились единичные экземпляры умеющие дышать мод водой и летать. Ума они были небольшого, да и форма их тел изменилась настолько, что они не были способны к обычному размножению. Но зато их способности дали пищу для новых размышлений.

Кроме того все они родились с крестами на спине.

Лёжа в своей пещере, я, как все мудрые Ганы, пытался наблюдать за своими детьми, но они были как мельтешение точек на белой плоскости. Я знал, что они строят помещения в виде креста, храмы с крестами из металла на крышах. Что слова из библии высекаются на прибрежных скалах… Я все это видел. Но не мог уследить за каждым из них. Намерения моих детей стали для меня загадкой.

У нас не было недостатка в еде, хлеба на каждый день Господь дал с лихвой. Мои дети соблюдали все 10 заповедей, что было для них нетрудно.

Видимо они считали, что Бог чего-то хочет от них. И, наверное, они знали, что именно. Или им казалось что знали.

Я грелся на солнышке и ждал.

Отсюда, с крыши невероятно высокого храма, открывался вид почти на всю территорию освоенных моими детьми земель.

Храм выглядел сверху, наверное, как искусственная гора из плоских блинов. Неровные круги, наложенные друг на друга, создавали что-то вроде неправильного громадного конуса.

Сейчас я с некоторым удивлением наблюдал как мои потомки неровными рядами со всех концов устремились к этому храму. Но ждал я совсем не их.

Прибежал невысокий рыжий многоног и поставил кресло, потом гораздо большая особь аккуратно спустила со своей спины Отца Аврелия и усадила в кресло.

– Здравствуй, папа.

От него пахло старостью, усталостью и табаком.

– Здравствуй, сынок.

К своей костистой впалой груди старик прижимал папку, которую тут же и раскрыл. Вытащив оттуда несколько тонких пластиковых листочков, он аккуратно разложил их на каменном парапете нашей площадки.