Бирюзовое небо с проносящимися облаками, ровная степь, затуманенные далекие голубые вулканы Марата, мерцающие вдали, и мгновение спустя все это превратилось в тусклую, холодную комнату. Сарек сошел с платформы транспортатора, и Спок последовал за ним. Молодой мужчина, одетый в золотисто-зеленую тунику командного офицера Звездного флота, оставил консоль, из-за которой он управлял транспортатором.

– Посол Сарек, мистер Спок, приветствую вас на борту «Энтерпрайза». Я первый офицер Кристофер Пайк. Капитан будет рад увидеть вас.

Сарек склонил голову.

– Я тоже хотел бы его увидеть. Спасибо, лейтенант-коммандер Пайк.

– Капитан Эприл велел мне показать ваши комнаты, – сказал Пайк. – Он подумал, что вы захотите привыкнуть к нашей гравитации и атмосфере. Он встретится с вами в тысяча сто, если это приемлемо.

– Разумеется, – ответил Сарек.

Они покинули комнату транспортации и вышли в изогнутый коридор. Первое, что заметил Спок, была гравитация: меньшая чем на Марате, и намного меньшая, чем на Вулкане. Он двигался осторожно, привыкая к своему новому весу. Члены команды – мужчины и женщины – пробегая мимо, бросали на них любопытные, но дружелюбные взгляды.

– Насколько я понимаю будет уместно поздравить юного Спока, – сказал Пайк, когда они отправили лифт на жилой уровень. – Не каждый восемнадцатилетний вулканец безоговорочно получает назначение в вулканскую Научную Академию.

Спок серьезно склонил голову.

– Благодарю, лейтенант-коммандер Пайк. Я не знал, что мое поступление это новость.