Теперь же, увидев с высоты птичьего полета этот совершенно нетронутый и никому неизвестный клочок земли, Кирк был просто очарован его красотой и тронут до глубины души.

– Боунз, – спросил он, прижавшись лицом к стеклу, – что это за местность сейчас под нами?

– Не знаю, – ответил Маккой. Оторвавшись от созерцания приборной доски, он глянул вниз. – На навигационной карте этот участок никак не обозначен. Похоже, топографы сюда еще не добрались. А местечко действительно милое, а?

– Давай-ка спустимся вниз, – предложил Кирк.

Взглянув на своего друга, Маккой с удивлением заметил, с каким благоговением и восторгом тот рассматривает простиравшуюся внизу долину. Снисходительно улыбнувшись, он задал флайеру режим посадки, и они мягко опустились на небольшой базальтовый выступ, который пологим мысом вдавался в долину.

С севера на юг, почти идеально по центру, местность пересекала неширокая речка с быстрым течением и кристально чистой водой. Окружающие холмы покрывала пышная растительность, что придавало рельефу весьма причудливую форму. Кирк видел, как среди кустов мелькают какие-то животные, и слышал многоголосое щебетание птиц в кронах деревьев. Дальше, за холмами, окружавшими долину, виднелись высокие горные цепи.

Воистину, в сокровищнице природы Центавра это была одна из самых прекрасных жемчужин, и Кирк впервые в жизни почувствовал, что нашел такое место, которое ему не хочется покидать.

– Боунз, – тихо окликнул он своего друга, – какие у нас сейчас координаты?

– Я не посмотрел. Но они зафиксированы в компьютере флайера.