— Но почему оно выбрало именно эту страну? — осведомился Таррант.

— Это долгая история. Вряд ли это имеет отношение к нашему делу.

— Мы также обратили внимание, — продолжал Фрейзер, — что Сеть решительно воздерживалась от операций с весьма доходным материалом — а именно с наркотиками и проституцией. Более того, в двух случаях она даже оказала ценное содействие Федеральному бюро по наркотикам.

— Очень похоже на правду, — кивнула Модести. — Но в этом нет ничего удивительного. Если у тебя есть кое-какие принципы, то последовательность только естественна.

— В шестьдесят втором году, — продолжал Фрейзер, — причем мы установили это как факт — вы вышли замуж за некоего англичанина в Бейруте, но вскоре развелись. Есть основания полагать, что это была чистая фикция с целью приобретения британского гражданства.

— Да, очень чистая, — усмехнулась Модести, и снова на ее лице блеснула улыбка. Фрейзер покашлял, напустил на себя сконфуженный вид и снова уткнулся в свои листки.

— Теперь, — сказал он, — мы подходим к периоду, когда к вам присоединился некто Вилли Гарвин. Это произошло через два-три года после того, как вы стали руководить Сетью. Вот у нас в качестве приложения еще одно маленькое досье. — Он пошуршал страницами и прочитал: — Гарвин находился какое-то время в исправительной школе в Англии, а затем, дважды отбыв короткие сроки, оказался за границей. Затем в последующие годы он попадал в многочисленные неприятные переделки в разных уголках земного шара. Опустим детали и напомним лишь, что вы встретились с ним в Сайгоне после того, как его уволили из Иностранного легиона. Теперь мы снова подходим к области гипотез.

Фрейзер сделал паузу и отпил бренди. Фрейзер был большим любителем бренди, и Таррант с интересом следил за тем, как он старается не подать и виду, что предложенный сорт поверг его в изумление. После недолгой борьбы с собой Фрейзер поставил бокал на стол и снова напустил на себя прежнюю безучастность.