— Что? — я на мгновенье подумал, что оракула хватит кондрашка.

— Ты его видишь, ты чувствуешь… И не знаю насчет тебя, о мудрый, но я к нему прикасаться точно не стану. Давай третий вопрос, а то я тут заболтался.

— Кто видит всех, но не видит большого?

— Кошка! — ответ сорвался с моих губ автоматически, после чего мы с оракулом надолго задумались, полагаю, что об одном и том же.

— Почему — кошка? — каким-то новым, обиженным голосом поинтересовался наконец оракул.

— Вот и я думаю — почему? — озадаченно произнес я.

Фигура на каменном троне подпрыгнула, потирая лапки.

— Неверно! — пискнула она.

— Ну и что?

— Как это — что? Ты не ответил на вопрос, а значит…

— Я ответил на вопрос, — возразил я. — И ответ был — кошка. Меня никто не предупреждал, что отвечать нужно правильно. Все, я пошел.

Я повернулся и замер. В пылу беседы с оракулом я как-то позабыл его слова о священном тигре, и видимо зря. Тигр был хорош. Это не был гигантский саблезубый тигр, которые здесь, говорят, водились — так, килограммов триста — триста пятьдесят. Да что они меня — за ребенка считают?!

Старик преподал мне в свое время серию уроков по вооруженной борьбе с животными, из которых, помимо способности быстро влезть на дерево, я вынес одно главное правило — пусть зверь мечтает не о том, чтобы тебя сожрать, а о том, чтобы унести ноги. Я шагнул вперед, и мой священный посох завертелся как дисковая пила.

Тигра нельзя убить посохом. Мечом — можно, а вот посохом — вряд ли. Если, конечно, ты не тролль, не великан и не один из Титанов. Кроме того, я считал, что убивать зверюшку за хамство оракула — по крайней мере нечестно. Но вот что по-вашему будет делать тигр, когда ему на голову обрушится каскад ударов — не смертельных, но очень болезненных? Он опустит голову, а с опущенной головой тигр не нападает. И он шагнет назад, а это первый шаг к бегству. Особенно если вы пойдете за ним…