– Выпьешь, Джим?

Кирк плеснул себе сауринского бренди и присел к столу.

– Знаешь, ведь не так просто подняли инспекторов с теплых постелей. Нам действительно поручено срочное дело, и мы должны как можно быстрее покинуть Капеллу. Нас со Споком вызвал командующий Ли и показал такое…

Маккой решительным жестом остановил капитана.

– Ничего не хочу знать! Не желаю, чтобы ночью меня мучили кошмары.

Неожиданно в медицинском отсеке раздалось жужжание зуммера.

– Капитан Кирк! – раздался из динамика бархатный голос Ухуры.

Кирк бросился к столу и включил переговорное устройство.

– Чем могу быть вам полезен, лейтенант?

– Только что я видела мистера Спока, и он просил, чтобы вы с доктором Маккоем пришли в конференц-зал.

– Спасибо, лейтенант, мы уже идем. И, между прочим, рад, что вы наконец на борту корабля.

– Извините, сэр, – смущенно ответила Ухура.

– Прошу прощения, капитан, но я, кажется, засыпаю на ходу, – пробормотал Маккой, допивая остатки бренди.

Впрочем, это не спасло доктора от визита в конференц-зал, где за одним из столов, раскладывая пасьянс из дискет, восседал мрачный Спок.

Для человека, не знакомого с вулканцем, лицо первого офицера не выражало ровным счетом ничего. Однако Кирк давно научился читать его мысли.

– Час от часу не легче, – по обыкновению проворчал Маккой.

– Поверьте, доктор, – извиняющимся тоном проговорил Спок, – я не стал бы беспокоить вас в такой ранний час, если бы не считал это крайне важным.

– Я просто отравлен недосыпанием, – позевывая, нес чепуху Маккой.

– Что у вас, Спок? – спросил капитан.

– Я проанализировал пленку с записью тайгетянских «песен» через центральный компьютер библиотеки. Бесспорно, в них есть какой-то смысл. По крайней мере, удалось выделить три повторяющихся элемента. – Вулканец вставил дискету в дисковод, и призвал всех к вниманию. Конференц-зал наполнился громкими звуками, охватывающими большой диапазон: от низкого басовитого рыка до еле различимого человеческим ухом писка.