Стражники бесстрастно проследили за входящим в ворота башни Кейном. Двери закрылись за ним с еле слышным скрипом, и он задумался о том, как давно они открывались последний раз, впуская гостя. Он пересек зал у входа, освещенного укрепленными в стене факелами, и поднялся по каменной лестнице, ведущей на верхние уровни башни.

Возле лестничной площадки стояла Яникест, заслоняя дверной проем своими полусложенными крыльями. Она протянула ему руку, и тонкие красные губы расплылись в радостной улыбке, обнажив меткие, острые зубки.

- Кейн! Я увидела тебя сверху. Ты ехал по перевалу весь день, мне показалось, что ты заблудился... а может, забыл за долгие годы Яникест? Кажется, я не видела тебя уже сотню лет!

- Уверен, что не так давно, - возразил Кейн, опускаясь на колено, чтобы поцеловать обманчиво хрупкую руку с тонкими длинными пальцами. - Вообще-то, поднимаясь по дороге, я подумал, что со времени моего последнего визита прошло лишь несколько месяцев.

Она рассмеялась призрачным, напоминающим трель птицы смехом.

- Кейн... в качестве любовника ты никуда не годен! Ты всегда говоришь своим дамам, что проведенные вдали от них годы показались тебе днями? - Ее большие серебристые глаза уставились на него с искренним любопытством, их черные зрачки почти округлились в полутьме комнаты. - Ты кажешься мне прежним, Кейн, - решила она. - Но ты всегда выглядишь таким же - вроде моих слуг-теней. Присядь рядом... и расскажи мне о том, что повидал. Я уже распорядилась насчет вина и закусок.

Кейн принял флягу с вином от стройной служанки, кости которой давно обратились в прах. Сосредоточенно стиснувшая губы девушка, державшая тяжелый поднос, казалась вполне живой; ему даже мерещилось дыхание, колыхавшее покрытую нежным мехом грудь. Чары Яникест сильны, размышлял он, смакуя вино - демоническое вино, явившееся из несуществующего погреба.