- Гервейн знает об этом, милорд. Но все же рассматривает снятие льгот как угрозу своему Храму. Она полагает, что расходы на очередную войну с Брейменом лишь обострят твое желание завладеть сокровищами Храма.
- Мне сдается, что ее подозрения не лишены противоречий, - задумчиво протянул Дрибек. - Ладно, я поговорю с ней, попытаюсь ее успокоить. Я встречусь с ней в храме, пусть она расценит это как знак уважения. Надеюсь, я смогу объяснить ей, чем грозит Храму агрессия Малхиона. В том случае, если в Селонари начнут править жрецы Оммема, ее Храм пострадает не только от сектантов. Пожалуй, ее ворчание по поводу налогов прекратится, когда она сочтет эту войну священной.
В общем, я постараюсь рассеять подозрения Гервейн - по крайней мере пока ее не спровоцируют очередные оскорбительные слухи. Что касается гостей... я вверяю сегодняшние развлечения твоим заботам. Меня слишком часто укоряют в пристрастии к учению, так что я не могу позволить кому-то усомниться в моей исключительной привязанности к воинским искусствам. У тебя есть для меня еще что-либо важное?
Чуть помедлив, Асбралн ответил:
- Милорд, некий человек просит у тебя аудиенции - незнакомец по имени Кейн. Он утверждает, что ему необходимо обсудить с тобой дело чрезвычайной срочности и важности.
Дрибек тщательно поправил шнуровку своей рубашки.
- Обсудить со мной? Полагаю, эта встреча не отнимет даром моего времени, если у него хватило наглости пробить себе путь взятками до моего камергера и заручиться моим вниманием. Каков, по-твоему, этот человек и что у него на уме?
- Он странный человек, - с видом оскорбленного достоинства пояснил Асбралн. - Огромный воин свирепого облика, но его манеры ясно указывают на утонченное воспитание. Трудно сказать, откуда он родом, но сам он говорит, что пришел из Южных Земель. Сомневаюсь, что он из Воллендана, хотя его рыжие волосы и голубые глаза напоминают об этом народе. На вид ему под сорок. Исключительно силен и опасен. Я бы счел его офицером наемников несколькими рангами повыше среднего, который ищет службы. Касательно темы твоей с ним беседы, он намекнул лишь, что хочет показать тебе средства усилить военную мощь сверх всяких мыслимых пределов.