— Это церемониальный колокол из храма, глубоко спрятанного в джунглях Таиланда. Говорят, если его правильно установить, он будет звонить целый день от одного удара. — Медиум щелкнул ногтем по блестящей поверхности, вновь зазвучал тихий звон. — Сегодня он послужит чашей для ваших билетов.

Ифасен передал колокол Кехинде, тот пошел между гостями, собирая конверты. Джек, не сводя глаз с младшего брата, внимательно наблюдал, как тот ставит колокол-чашу за подиумом, с чем-то возится, разворачивает кусок белой ткани, накрывает его и несет назад старшему.

Джек кивнул и откинулся на спинку стула. Попался.

С выходом Кехинде освещение изменилось. В комнате стало темнее, а над стоявшим на возвышении Ифасеном откуда-то сверху ярко засиял свет. Он сдернул белую материю с чаши, заглянул внутрь, сунул руку, достал запечатанный конверт, держа его перед собой.

— Первый вопрос, — нараспев произнес медиум, опустил голову, высоко поднял конверт, звездой вспыхнувший на свету. — Слушай, Огунфидитими. Просители пришли ко мне за сведениями, которые можешь дать только ты. Выслушай вопросы, дай ответы. — Он пару раз передернулся и ровным замогильным тоном изрек: — Ты еще не готова. Работай усердней, оттачивай мастерство, жди, терпи. Все придет.

Медиум поднял голову, прищурился, опустил конверт, вынул тонкий позолоченный нож для бумаги, разрезал конверт сверху, вытащил карточку, развернул, держа — к досаде Джека — за левый верхний уголок. Заглянув в билет, Ифасен с улыбкой обратился к Карин:

— Получили ответ на вопрос?

Та восторженно кивнула.

— О чем спрашивала? — полюбопытствовал Клод.

— Буду ли иметь такой же успех, как Джуни.

Джуни на нее оглянулась:

— Я же тебе говорила, что он удивительный!

— Как он это делает? — шепнула Джиа.

— Потом расскажу, — прошептал в ответ Джек.

Угадывая дальнейший ход представления, он вытащил подобранный внизу буклет. Над крупным изображением старого каменного дома на обложке было написано: