— Как это ему удается?

Джек наклонился к ней и прошептал:

— Обоснованная догадка. Высокий класс!

— Почему ты так думаешь?

— Очень просто. Если бы он сказал "Кейт шлет тебе привет", о догадке и речи бы не было.

Свет упал на следующий конверт, Ифасен снова нахмурился:

— С этим вопросом возникли трудности. Чувствую, что-то хочет пробиться, да сейсмические помехи усилились. Не скажу точно... По-моему, двое. — Он открыл глаза. — Вот и все. — Озадаченно хмурясь, Ифасен вскрыл конверт, прочел вопрос, улыбнулся: — Двое. Джиа, вы довольны ответом?

— Да... пожалуй.

Джеку показалось, что она слегка побледнела.

— О чем ты спросила?

— Потом скажу.

— Скажи сейчас.

— Потом. Интересно узнать насчет браслета Джуни.

— Последний конверт, — объявил Ифасен, подняв его в луче света, закрыл глаза, подергался и, наконец, изрек: — Его не украли. Найдете в большой синей вазе.

Джуни вскочила.

— У вас есть большая синяя ваза?

— Да... Да! — глухо повторила она, зажав рот руками. — У дверей стоит... Быть не может! Как он туда попал?

— Духи не говорят как, мисс Мун, — объяснил Ифасен. — Говорят только где.

— Я сейчас же бегу домой, посмотрю... — Джуни взлетела на подиум, обняла медиума. — Ифасен, вы самый лучший, самый великий! — Она оглянулась на Джека, на Джиа, на Карин и Клода. — Фантастика, да? Потрясающе!

Джек зааплодировал вместе со всеми. Нет в этом Ифасене ничего потрясающего, хотя он хорош. Очень даже хорош.

3

— Господи Иисусе! — воскликнул Лайл Кентон, когда незваные гости в конце концов убрались. Сбросив маску Ифасена, он ввалился в гостиную на верхнем этаже, рухнул в раскладное кресло, с силой потер глаза. — Что это у нас сегодня творится?

Брат Чарли, тоже отказавшись от раболепной роли Кехинде, по привычке потягивал на кушетке диетическую пепси маленькими, очень быстрыми многочисленными глотками, бросив на него укоризненный взгляд.