Женя подняла глаза на высокого угловатого Павлика, потом перевела взгляд на машину:

— А что, можешь подбросить?

— В твоем распоряжении.

— На Зеленое шоссе…

— А зачем тебе туда? — спросил он, когда машина вырвалась на широкий проспект.

— Подружку навестить.

Дом, который она искала, обнаружить было довольно трудно — так разрослись окружавшие его деревья и кустарник. «Словно нарочно маскируют», — отметила Женя. Дом был трехэтажный, с двумя подъездами, и вид у него был запущенный. Штукатурка кое-где осыпалась, обнажив красные кирпичи.

«Двенадцатая квартира, видимо, находится во втором подъезде», — сообразила Женя и открыла тяжелую дверь. В подъезде было прохладно, царила необычная чистота, некая сиротская ухоженность. Нужная ей квартира была на верхнем этаже. Она почему-то крадучись поднялась по лестнице. Дверь украшала большая коричневая печать. Итак, квартира опечатана.

Она позвонила в соседнюю. Долго никто не открывал, потом послышались шаркающие шаги и раздался старушечий голос:

— Кого надо?

— Из собеса, — сообщила Женя, вспомнив наставления Буянова.

— Пенсию принесла, что ли? Ну наконец-то! Заждалась…

— Нет, я не пенсию… — смутилась Женя. — Я по другому вопросу.

— По какому же?

— Насчет вашей соседки.

— Какой еще соседки?

— Вержбицкой.

— Так ее убили.

— Я знаю. Да вы бы открыли!

— Нет уж, не открою! Из собеса она! Нечего врать! При чем тут собес?

— Может, все-таки откроете?

— Иди отсюда, пока в милицию не позвонила! Проходимцев развелось!.. Из собеса!..

Женя еще с минуту постояла в напрасном ожидании. Есть еще одна дверь. Хорошая дверь, обита кожзаменителем. Табличка с номером. Солидно. Она нажала кнопку звонка. Почти сразу щелкнул замок, и дверь приоткрылась, придерживаемая цепочкой.

— Здравствуйте, — осторожно сказала Женя, — я из милиции.