Потом сунула монетку служанке и с трудом встала, демонстрируя, как она отяжелела от еды и вина. Девочка кивнула и легкой походкой прошла вперед, указывая дорогу.
Соня оказалась в небольшом глухом дворике, окруженном со всех сторон глинобитной стеной. Судя по шуму, стена с одной стороны выходила на улицу.
Девушка достала золотую монету и положила на скамью у двери, чтобы маленькую служанку не избили, когда обнаружится побег. Оглядев дворик, Соня увидела в углу длинный деревянный шест, на котором, видимо, сушили полотенца после ухода посетителей. С его помощью она взлетела на стену и, оглядевшись, спрыгнула на землю. Оказавшись на улице, девушка бросилась бежать туда, где бурлил базар и где можно было легко затеряться в толпе.
Глава вторая
Ах, отродья шакала и гиены, думала Соня, бесцельно бродя по базару, за что это они хотели меня отравить? Ну ладно, соблазнить и обобрать — это еще куда ни шло, но отравить… Выкормыш Нергала!
Многоголосая жизнь базара уже не так пленяла Соню, да и торговля пошла на убыль. Сюда стала стекаться совсем другая публика — оборванные попрошайки и убогие калеки.
Они пришли, рассчитывая получить даром то, что завяло, помялось, испортилось за длинный знойный день. Надежда хоть на какой-то ужин и ночлег сгоняла по вечерам на базарные площади нищий, бесприютный люд со всего блистательного Лагоша.
Проходя по одному из глухих проулков, Соня увидела странную сцену: совершенно молча, но ожесточенно дралось несколько человек.
Через мгновение девушка поняла, что трое напали на одного, а тот успешно обороняется. Мелькали руки, ноги, слышались глухие удары. Но ни одного слова. Не раздумывая, она выхватила кинжал и резко свистнула. Клубок дерущихся сразу распался, мужчины застыли на миг, и Соня разглядела невысокого худощавого парнишку-кхитайца. Он стоял, прислонившись спиной к глухой стене какого-то сарая.