После того, как протрубил герольд, в зале воцарилось гробовое безмолвие. Слышались лишь всхлипывания девочек и шелестение штандартов на легком ветерке, веявшем из окон. Швазгаа снова кивнула, и второй жрец приблизился к девочкам, держа блюдо с водой, специально доставленной из подземного храма Страны Змей. Жрец трижды опустил в воду пальцы и окропил ею предназначенных к смерти. Надрывно и протяжно завыли трубы-раковины, глухо начали бить барабаны. Придворные отступили на несколько шагов, расширив свободное пространство вокруг девочек. Жрец с блюдом отошел. Все взоры устремились на Швазгаа. В человеческом облике королева отличалась от своих соплеменников более правильными чертами лица и белым цветом кожи. Ее внешность свидетельствовала о происхождении от древней змеиной расы, когда-то распространённой в Стране Змей, но со временем слившейся с более грубыми представителями Рода. Лишь среди жрецов, женившихся на близких родственниках, эта древняя раса еще сохранялась в относительной чистоте. Швазгаа, дочь жреца, с малых лет изучавшая магию, вызывала в своем народе священный трепет. Эмеи считали ее самой красивой женщиной в их Роду, да и не только они: немало граэррских рыцарей, увидев королеву, без памяти влюблялись в нее. Хотя, по слухам, дело здесь заключалось не в одной только красоте: королева, будто бы умела привораживать к себе мужчин. Молва утверждала, что королева, насладившись ласками очередного возлюбленного, наутро перекидывалась в змеиный облик и пожирала несчастного... При звуках барабанов Швазгаа встала и небрежным движением руки отстегнула застежки на своем белоснежном, спадающем, широкими складками платье. Шелестя, оно упало к ее ногам. Королева предстала перед придворными обнаженной. Ее черные пышные волосы тяжелыми волнами спадали на белые плечи, пронзительные желтые глаза сверкнули и устремились на малюток. Она вновь опустилась на трон, подобрала под себя точеные ноги и в тот же миг превратилась в крупного белого удава с черно-золотым узором на теле.