— Фрэнс, заждался? — Шир сплюнул дотлевшую сигарету на землю и повернулся лицом в сторону, откуда раздался крик.

Гэн был в метрах тридцати от входа в подземку и твёрдой походкой направлялся к Фрэнсису; на обезображенном дворовыми разборками лице сияла, оголяющая гнилые зубы, улыбка. За тёмным силуэтом маячили ещё три фигуры бритый наголо Руперт, как всегда в своём зелёном с кислотными оттенками комбинезоне, Джулиан в потёртых джинсах и короткой куртке из искусственной кожи и худощавый Мартин, одетый в длинный замызганный плащ-хамелеон.

Фрэнсис еле сдержал гримасу презрения — эта четвёрка была ему отвратительна, он якшался с этими уродами только потому, что они исполняли его приказы. В одиночку он бы не смог реализовать все свои планы, оттого он и терпел этих ублюдков. Гэн — двадцатитрёхлетний наркоман со стажем; Джулиан неполноценный кретин, и Шир держал его в банде только из-за его брата; если отстрелить этому дебилу голову то, наверное, он всё равно останется жив — мозг не пострадает; Руперт — брат Джулиана, здоровенный детина и махающий кулаками не хуже самого Фрэнсиса, но по умственному развитию ушедший чуть дальше своего брата; Мартин, пожалуй, был единственным из этой четвёрки у кого присутствовали под черепной коробкой хоть какие-то извилины — девятнадцатилетний парень шарил в электронике похлещи всякого техна из корпораций. Но и он недавно подсел на марихуану — скоро превратится в такого же придурка с высушенным мозгом каким стал Гэн…

— Ребята, рад вас видеть! — Фрэнсис расплылся в добродушной улыбке и поздоровался за руку с каждым, когда четвёрка парней подошла к своему «начальнику».

Шир как всегда лицемерил:

— Как у тебя, Гэн, дела? Карман не сильно оскудел, за эту неделю? — Нужно всегда поддерживать имидж «хорошего» босса — что бы твои подчинённые тебя любили, но иногда следует ставить на место слишком ретивых. Ставить людей на место Шир тоже умел…