- Убери волосы с лица, - мрачно отрезала миссис Форсайт. - Чтобы я пропустила это сказочное зрелище? Да ни за что! И, пожалуйста, не вытрющивайся перед молодым человеком - ты знаешь, я нахожу это вульгарным.

Пока Алистер спускалась по ступеням и шла по коридору к кухне, мать семенила следом, постоянно что-то поправляя то в прическе дочери, то в ее туалете. Кончилось это тем, что они столкнулись в дверях, пытаясь одновременно войти в кухню. А, войдя, Алистер беззастенчиво принялась разглядывать гостя.

Посмотреть было на что! Вскочив со стула, молодой человек не успел даже стереть с губ клочья пены, его нижняя челюсть отвисла, а голова чуть откинулись назад, отчего глаза казались прищуренными, как от яркого света. Все участники этой сцены в кухне на мгновение застыли, как на стоп-кадре.

- Так, - первой опомнилась миссис Форсайт, - поздравляю тебя, милочка. Ты разбила ему сердце. Ну а вы что поникли? Выше нос, грудь колесом!

- Смиренно прошу меня простить, - смог только вымолвить молодой человек. Создавалось впечатление, что он сам себя не слышит.

Взяв себя в руки, Алистер сказала:

- Мама, ты опять за свое.

Она двинулась к столу, чтобы взять телеграмму, и от зоркого глаза миссис Форсайт не укрылось, что дочери пришлось приложить немалые усилия, чтобы ступать твердо. Что было причиной - неуверенность, раздражение или какие-то иные биохимические процессы, выяснится позже, пока же мать в полной мере наслаждалась зрелищем, в котором участвовала ее дочь.

- Не уходите, - попросила Алистер молодого человека. - Может быть, я сразу же набросаю ответ.

Гость завороженно кивнул. Вид у него был совершенно обалделый. Он все еще не мог прийти в себя после того, как увидел Алистер, что уже не раз случалось прежде с другими молодыми людьми. Но как только девушка развернула телеграмму, на губах незнакомца заиграла лукавая улыбка.

- Нет, мама, ты только послушай!