Красное пламя, похожее на то, которое горит в аду, освещает все вокруг… и в этом изменчивом, лихорадочно прыгающем свете Марти видит, что кусты на опушке рощи совсем неподалеку от веранды дрожат и раздвигаются. Раздается низкий, хриплый звук, наполовину кашель, наполовину рычание. Появляется Зверь.

Несколько мгновений он стоит неподвижно в дальнем конце лужайки, принюхиваясь к странному запаху, разлитому в ночном воздухе… а затем начинает неторопливо ковылять вверх по склону, направляясь к веранде, где с округлившимися от ужаса, выпученными глазами сидит Марти, сжавшись в комочек и вдавливаясь в спинку кресла. Зверь сутулится, припадая почти к самой земле, однако мальчику ясно видно, что он передвигается на двух задних ногах. Красный свет от фейерверка скользит по темной фигуре, отражаясь в зеленых зрачках.

Волк двигается вперед медленно; его широкие ноздри ритмично раздуваются. Он чует добычу и почти наверняка уже понимает беспомощность жертвы. Марти чувствует запах шерсти и звериного пота, запах кровожадного и жестокого хищника. Зверь вновь издает негромкое рычание. Его широкая верхняя губа цвета печени оттопыривается, обнажая массивные острые зубы. Шкура волка отливает тусклым серебристо-красным оттенком.

Он уже почти добрался до мальчика: когтистые ладони, одновременно похожие и не похожие на человеческие, тянутся к горлу Марти, когда тот вдруг вспоминает про упаковку с шутихами. Едва сознавая, что делает, Марти чиркает спичкой и подносит ее к общему для всех шутих фитилю. По шнуру пробегает горячая линия красных искр, опаляющих нежные волоски на руке мальчика, так что даже раздается слабый хруст. Сбитый с толку оборотень моментально отступает назад, и в его рычании, необычайно напоминающем человеческий голос, появляются вопросительные интонации. В тот же миг Марти, размахнувшись, швыряет пачку шутих в оскаленную пасть.