Зря она про чувство юмора ввернула. Дешевый комплимент. Когда женщине говорят, что она симпатичная и хороша, то подразумевается, что она полная дура и уродина. Когда мужику за тридцать начинают рассказывать про его чувство юмора, понимаешь — больше в тебе нет ничего, что бы могло заинтересовать роскошную блондинку, сидящую напротив. Захотелось встать и уйти и по-английски. Но поскольку она заплатила за виски, то я остался. Не в моих правилах обижать красивых женщин.

— Что нужно делать?

— Ничего сложного. Ты поговоришь с ребятами, и скажешь нам, кто из них наиболее опасен, кто на грани срыва, у кого какие проблемы. А мы заплатим.

— Сколько?

— Столько, чтобы ты остался доволен.

— Почему такая спешка?

— До финала — всего ничего, пара месяцев, может, даже меньше… Нам нужно продержаться…

— И ты в это веришь? — я тоже перешел на «ты».

— Во что?

— В то, что вы закроете проект…

Она покачала головой:

— Нет, но я так больше не могу… Как будто в клетке с тиграми, и не знаешь, кто на тебя прыгнет.

Когда большие девочки начинают плакать, я всегда теряюсь. И всегда говорю совсем не то, что они хотят услышать.

— Знаешь, такой анекдот?

— Бэрримор, что у меня хлюпает в ботинке?

— Овсянка, сэр!

— Овсянка?! Что она там делает?!

— Хлюпает, сэр…

И эта женщина еще говорила про мое отличное чувство юмора!

****

Мы расстались случайными друзьями: обещали звонить друг другу и даже обнялись на прощание. Я знал, что, проснувшись, она даже не вспомнит, как меня зовут. Ей станет стыдно за минутную слабость и мой грязный носовой платок. Она — Луша! А кто я?

По дороге домой привычно набрал знакомый номер:

— Какого черта? — сонно спросила бывшая жена. — Ты знаешь, который сейчас час?