Он представил, как ржут снаружи те хохмачи, которые запихнули его сюда, и его стала наполнять злость. Он не мог предпринять никаких активных действий, поскольку ужасающая перегрузка буквально вдавила его в кресло, а ремни не собирались отстегиваться. Тем не менее, он явственно ощущал, что падает с огромной высоты. Голова дергалась и кружилась, ноги стали ватными, кровь билась где-то в ушах, отыскивая выход наружу. Наконец, перед глазами все поплыло, и Виктор погрузился и душой, и телом в абсолютную темноту.

- Пассажирам приготовиться к прибытию в мир иной, - донесся до него призыв сервисной системы. - Пять секунд на улаживание последних желаний.

"Посадку! - мелькнула у Виктора последняя мысль. - Посадку! Посадку-посадку-посадку! Мягк..."

... Упомянув о теории желаний, невозможно не рассказать, с чего же она начиналась. Разумеется, невероятно сложной и сверхестественно объемистой она стала не сразу. Сначала теория желаний была понятна каждому. Но тогда она еще не имела права называться наукой. Ибо любая наука должна казаться невероятно сложной, иначе все авторы научно-популярных книжек останутся без работы. Так уже было не раз во времена ужасающей неграмотности населения и полного отсутствия профсоюзов. Когда запущенные дела в свои крепкие руки принял соответствующий профсоюз, то первым делом он открыл комитет по регистрации наук. С тех пор любой набор знаний, возжелавший именоваться наукой, должен пройти отборочные тесты. И если в нем сумеет разобраться хотя бы один из членов представительной комиссии, то знания будут возвращены на доработку, невзирая на кажущуюся нужность и полезность.

Как уже было сказано, основы теории желаний были открыты ныне несуществующей сверхвысокоразвитой цивилизацией. Кроме прочих достоинств ее представители обладали телепатией, поэтому запантентовать какое-либо открытие было там сущим мучением. Не успеете Вы, восхитившись простотой и изяществом нового знания, выбежать на улицу к ближайшему патентному бюро, как первая же парочка встречных начинала хитро улыбаться и доказывать друг другу: "О! Мы же это знали давным-давно!" В течение следующей минуты первый из них по системе межгалактической связи регистрировал открытие своего собственного патентного бюро, а второй немедленно патентовал там Ваше открытие под собственным именем.