— Я бы осталась, — грустно сказала княжна. — Барсик очень симпатичный. Но я хочу встретиться с мужем.

— Что ж, тогда порасспросите знакомых, не согласится ли какая пойти ко мне в домоправительницы.

— Мы пришлем к тебе Дуру, — сказала я, и остальные согласно кивнули.

Когда мы с королевной появились перед входом во дворец, вид у нас был еще тот. Высокие колпаки со звездами, мантии с солнцем и луной, жезлы. Мы держали большой сундук. И грянули хором:

Зло есть добро, добро есть зло.

Летим, вскочив на помело!

Взявшись за руки бегом

Вкруговую в пляс пойдем.

Замелькает хоровод,

Из-под ног земля уйдет,

Девять раз кругом, кругом,

Обежим и круг замкнем.

Круг заклят и слово наше крепко!

Текст нам тоже дал Абрамелин. Уверял, что самый ни на есть подлинный. Во всяком случае, впечатление произвел. Привратник побледнел и спросил:

— Откуда вы, ночные вы чертовки?

— Мы, — говорим, — ученицы великих магов Мерлина, Малагиса и Абрамелина (на этих мы могли ссылаться смело. Мерлин давно умер, Малагис вроде бы тоже, Абрамелин же в недосягаемости). Принесли, по их воле, лекарство от королевского проклятия. Оно в этом сундуке.

Вышел церемониймейстер, начал требовать сундук. Никак нельзя, отвечаем мы. Заглянуть в сундук может только миропомазанный король. Всякого другого чары лекарства убьют на месте. Пока пререкались, явился король — весь из себя король: гордая осанка, голова откинута, очи, кудри, то, се… Но мы уже знали из магического кристалла, какой он был пакостник. Договорились, поскольку он боялся оставаться наедине с сундуком, что мы будем рядом с ним, дабы руководить процессом излечения. Нам только этого и надо было. Разумеется, предварительно нас обыскали на предмет наличия оружия (его не было) и отобрали жезлы (они были не настоящие и могли сгодиться лишь на веретена). Что было дальше, легко угадать.