Раньше он думал, что это пройдет, теперь знал: это навсегда (они были выбраны Кораблем для первого контакта с такого типа планетой). И не потому ли Вэлта посвящала его во все замыслы?
Он повернул диск. Магическое течение поля увлекло к распахнувшемуся окну, потом - в подоблачные просторы.
Путеводной нитью тянулась внизу заснеженная дорога, по которой ползли редкие грузовики.
И далеко, за лесами и полями, готовился к отлету межзвездный снаряд. Теперь Эрто, пожалуй, не поспел бы к старту. Путь его пролегал в иных измерениях, где гармония космических пустот уступала место ритмам холмов и перелесков, мерной текучести земных ветров.
По ватному облаку скользнул зайчик. Мгновенная грусть. "Это они", подумал Эрто. Точно серебряная монета, сверкнув, упала в колодец. И снова рывок в снежную беспредельность.
...Под знакомым окном синицы таскают хлебные крохи из кормушки, складывают их на край. За окном - лицо Валентины. Она что-то говорит. Ветер - не разберешь! Но Эрто догадывается, ведь она уже многое знает и многое может поведать. Корабля нет. И ей это понятно. И что бы ни случилось, в нем и в ней живет вера: она не создана Кораблем, она найдена им здесь. И тот, главный для Эрто вопрос, который его волновал и ответа на который он не мог найти, в это утро перестает тревожить его.
Что еще означают слова, смысл которых он пытается угадать? Просьбу, признание, ответ? Нет, это уж никак не понять... Слишком ярок день, и воздух звенит, и шепот вершин все ближе и ближе...