– А не валили бы вы подобру-поздорову! Не ровен час, неприятность случится, – пробормотал Дима, сместившись так, чтобы автоматчик оказался в зоне удара.

– Ну, парень! Да ты хамишь! – воскликнул главный, и в тот момент, когда рука автоматчика потянулась к предохранителю, Дима нанес удар.

Рука отлетела прочь от затвора. Вторым ударом Дима выбил из автомата магазин и лишь затем, с разворота, нанес страшный удар левой ногой в висок. За спиной раздалось приглушенное «Ох!». Обернувшись, Дима заметил краем глаза, как оседает на пол тело главаря. Прямо перед ним стояла Алеся с ружьем в руках. Приклад обагрился кровью.

– Дим, возле машины еще двое.

– Знаю. Нужно валить их! – твердо сказал Дима.

Алеся только кивнула в ответ.

Бой был короток и страшен. Дима с автоматом выскочил на крыльцо и, не дав опомниться, бросился на спокойно курящих рэкетиров. Всего несколько секунд понадобилось ему, чтобы разделаться с бандитами. Связал троих, крепенько настучал по морде четвертому и, подталкивая его стволом автомата, приказал всем убираться. Тем же вечером утопил автомат в озере, а через два дня его застрелили в городе. Алеся вместе с Лерой была рядом и потому видела все. Она ожидала мужа в машине. Дима вышел из здания райисполкома. Прямо перед ним остановилась темно-вишневая «шестерка», выстрелы слились с истошным криком женщины. От пережитого у Алеси начались преждевременные роды. Ребенка, мальчика, так и не спасли.

Первое, что Алеся увидела, очнувшись, – оранжевый шар огромного апельсина. На шатком стуле прямо перед ней сидела та самая медсестра, которая оформляла в свое время Диму.

– Как ты, дочка, оклемалась? – сказала она с таким теплом и нежностью, что Алеся в одну секунду простила женщине ее прежнюю грубость.

– Где Лера? – слабым голосом спросила Алеся.