Запомнив направление, Светлан спустился и двинулся через лес. Несколько раз ему приходилось снова взбираться на деревья, чтобы скорректировать маршрут, пока наконец он не увидел сквозь кусты пламя огромного костра.

Осторожно Светлан раздвинул ветки и остолбенел. На лесной поляне, под старым корявым дубом, полыхал костер, а вокруг, продолжением скачущих языков пламени, бушевало неистовое веселье. Под несущуюся со всех сторон нестройную, но бешеную по темпераменту музыку на поляне отплясывала толпа голых женщин. Были они здесь всех возрастов: от не оформившихся, невинного вида девочек до обрюзгших старух, – но буйному танцу отдавались с равным самозабвением. Кто-то скакал козленком, кто-то кружился юлой, другие прыгали через костер или катались и корчились в траве. Одна девушка, уцепившись ногами за ветку дуба, раскачивалась вниз головой.

Присутствовало на поляне и несколько мужчин, но роли они здесь играли либо пассивные, либо совсем уж невыигрышные. Один – маленький, плешивый, седобородый старичок – безучастно восседал на протянувшейся через всю поляну ветке и будто грел над костром свои узловатые ступни. Волосатый толстяк с тонзурой монаха ошалело ползал на четвереньках вокруг костра, подгоняемый розовыми пятками оседлавшей его молоденькой ведьмы. В толпе шевелились кошмарные существа, смахивающие на громадных пауков, над огнем метались нетопыри.

От мельтешения нагих тел, отбрасывающих фантастические тени, от оглушительной музыки и возбужденных криков, от дурманящего запаха огромных цветов, усыпавших поляну и кусты, у Светлана закружилась голова. Ясно, что и здесь его не ждали, но спектакль был хорош!

Внезапно налетел порыв ветра, с неба зазвенел хохот, что-то мелькнуло на фоне звезд, и на костер ястребом упала смуглая девушка с прекрасным гибким телом. Упала и заметалась неистово в пламени, горя и не сгорая.