— Туровцев!

— Я, товарищ майор!

— Спишь в строю? Молодец, лейтенант! Не ошиблись мы с комиссаром в тебе. Примешь звено, готовься.

— Товарищ майор, а как же врач?

— А что врач? Вот он тебя просветит, прощупает, клизму поставит — и примешь. Не вечно же тебе в санчасти ошиваться!

— Товарищ майор, а самолет мне будет?

— Будет, лейтенант, будет. Был бы летчик подходящий, а самолет будет, я тебе обещаю!

К комполка подбежал связист.

— Товарищ майор! Пехота дает три квитанции, сбито три самолета противника, упали в их расположении! Четверо парашютистов взято в плен.

— Ну, вот, с вашей легкой руки и мне чистая победа обломилась, — вновь заулыбался комполка. — Давай, капитан, почаще тренируй молодежь, у тебя это хорошо, результативно получается. Ладно, пойду на КП, в дивизию докладывать. Вообще-то, это тревожный звоночек. Если бы не ваша пара, отбомбились бы фрицы по аэродрому. А у нас даже зениток в прикрытии нет, и взять их негде…

— Товарищ майор! — я кое-что вспомнил из прочитанного. — Тут, в степи, километрах в семи, два штурмовика битых еще с конца августа лежат. А что, если с них пушки снять и вместо зениток приспособить? Хоть что-то будет, и просить никого не надо. А штурмовики уж снарядами поделятся.

— А что, Туровцев, интересно мыслишь. Надо покумекать, слышь, комиссар, что твой протеже предлагает? Давай-ка завтра с утра пошлем туда машину? Может, что дельное и выйдет. Ну ладно, я в штаб — звонить. Ты со мной, Василий Петрович? Поехали. Пока, лейтенант, продолжай в том же духе. Россохватский, прикажи растащить самолеты по капонирам, а то мы их бросили без присмотра. На ужине встретимся, свои сто грамм вы сегодня заслужили!

Глава 4

Ужин прошел хорошо, можно сказать — на высокой и радостной ноте. Правда, я был немного удивлен сильно завышенной, как я полагал, оценкой проведенного воздушного боя.