Я согласился, даже и не задумываясь. Вошебойка мне подходила как нельзя кстати. Надо же чем-то оправдывать попёршую из меня тактическую мудрость, а так всегда можно сослаться на разговоры с умными людьми и опытными пилотами, и на их советы и мнение.

В общем, получив на следующий день отпущение грехов от доктора и вновь обретя здоровье без ограничений, я собрал немудреные манатки, а после обеда меня и отправили на У-2 во фронтовой ЗАП, где вошебойка и располагалась.

Надо сказать, учеба была интересная и позволила мне поставить целый ряд вопросов, разобраться в них и задуматься о многом другом. Занятия проводили опытные, битые пилотяги, у каждого — один-два ордена, а это в 42-м году было не часто. Многие преподаватели были с ожогами рук и лица, с золотистыми ленточками тяжелых ранений. В общем, определенный теоретический багаж я по результатам учебы накопил, и уровень своих знаний существенно повысил.

Дома, в полку, меня уже ждал подписанный приказ о назначении на должность командира звена. Капитан Россохватский меня официально представил и вручил, так сказать, бразды правления. Кстати, никогда не задумывался, а что это, собственно, за бразды такие?

Из трех моих подчиненных я не был знаком лишь с одним новичком. Двух ребят я знал. Моих лет, опыта маловато, навыки пилотирования, честно говоря, не "ах". Но, что делать? Все мы были такие, в общем-то. Тут, на фронте и учились в боях. Молодого, кстати, я взял ведомым.

Вечером, после того как боевая готовность полка была снята, я отвел свое звено в курилку, разогнал посторонних и приступил к беседе.

— В общем, так, соколы вы мои ясные. Я за этой должностью не гонялся и ее не выпрашивал. Но раз назначили — буду требовать дело. Не взыщите. Привыкайте к мысли, что "самозванцев нам не надо — командиром буду я!" Уяснили? Далее. Так воевать, как вы воевали до меня, больше не будем. Я вам передам все, чему меня на курсах научили, и буду требовать безусловного исполнения моих ценных руководящих указаний. Это понятно? Вот и хорошо. Ну-с, приступим…