Юная Никола сидела молча, сжав свои красивые маленькие руки — покорное и несчастное создание.

Все попытки Ива втянуть ее в разговор тут же пресекались княгиней, отвечавшей вместо девушки. И это его страшно раздражало.

Но, с другой стороны, ему не следовало выдавать свой интерес к Николе. У ее тети не должно было возникать никаких подозрений. И он с трудом балансировал между очаровательной, ревнивой княгиней и одинокой Николой. Ив чувствовал, что едва справляется с этой задачей.

Княгиня Феодора хорошо знала историю. Слушать ее было одно удовольствие. Но не бесконечно! Он уже начинал нервничать.

Своим мягким, навевающим сон голосом она рассказала о том, как однажды крепость осадили турки, грозившие захватить весь Ардеал. В то время в этой местности правил воевода по имени Борис. У него было четыре жены, каждая из которых занимала отдельную комнату в крепости — в противном случае они убили бы друг друга из-за ревности к мужу. Кстати, Иву предстояло ночевать в комнате одной из этих жен. Она рассказала о воеводе, который участвовал в битве при Мохаче в 1526 году, когда часть Ардеала попала под власть турок — но не эта местность, где они теперь находились.

— Но в конце концов Ардеал стал частью Австро-Венгрии, — сказал Ив, — и стал называться Зибенбюргеном.

Об этом ему не следовало говорить. Феодора не любила вспоминать об этом позоре.

Ему не нравилось, что она сидит так близко от него. Его не покидало ощущение какого-то необъяснимого, мрачного неудобства. Кожа его покрылась мурашками, у него появилось предчувствие смерти — и он с трудом сохранял спокойствие. Злясь на нее, он раздраженно произнес:

— Откуда, собственно, взялось название Трансильвания? И почему у этой местности столько различных названий? С окончанием на «эр» и на «и» в различных вариантах…

— Лично я называю эту местность Ардеал, — огрызнулась она. — Это самое древнее название.