Когда ложки заскребли по дну котелка, Блейд решил, что настала пора побеседовать. Разумеется, они болтали уже не в первый раз — в сумрачном и тоскливом подземном мирке разговоры являлись таким же развлечением, как ночь, проведенная с женщиной, или лихая схватка с кэшами. Обычно эти беседы вертелись вокруг оружия, повседневных дел Ньюстарда, подвигов, совершенных в битвах, или добычи, доставленной из Гладких Коридоров; на сей же раз Блейд решил копнуть поглубже.

— Ходит у нас в Смоуте забавная байка, — начал он, облизав ложку и засовывая ее за пазуху. — Говорят, что когда-то все мы — и люди из Ньюстарда, и из Смоута, Лиза, Торонны и других мест — жили наверху. Всем хватало и жилищ, и еды, и одежды, в никто не таскал с собой оружия, потому что кэшейубийц не было и в помине. — Он приумолк, всматриваясь в лица девушки и трех парией, сосредоточенно доскребавших остатки. — Говорят еще, что наверху жилось хорошо, очень хорошо… Много места, много воды и чистого воздуха… А потом что-то случилось. Никто не знает, что именно, и все же…

— Как это не знает! — прервал Блейда Дилси. — Все верно говорят у вас в Смоуте — люди жили наверху и были счастливы, как написано о том в старых книгах. Но вот с местом ты не прав, Чарди, клянусь яйцами Сатаны! С местом у них было туго! Расплодилось народу великое множество, и сидели они человек на человеке. А потом и жрать стало нечего, так что всем конец и пришел. Такие вот задрючки!

— Ну, всем конец не мог прийти, — резонно возразил Блейд. — Мы-то откуда взялись?

— Мы — жалкие остатки. Мы — мокрицы, червоеды проклятые, которых кэши загнали под землю и теперь добивают.

— А кэши, по-твоему, откуда взялись?

— От людей, откуда же? Их люди придумали в старые времена и велели очистить землю, чтоб было попросторнее… Вот они, лысина господня, и очистили!

— Хм-м… — протянул Блейд, мысленно взвешивая эту гипотезу. — И что же, ты думаешь, творится сейчас наверху?