"Мы будем счастливы только тогда, когда осознаем свою, хотя бы и самую скромную, роль". Это сказал один из замечательнейших людей прошлого столетия - пионер авиации на самой заре ее развития, поэт, философ. Мне сто двадцать лет, но я отнюдь не считаю, что все позади. Почему бы не поискать счастья тут? Кажется, я смогу стать полезным... Нет, я просто убежден, что я здесь нужен.

- Это очень нехорошо, дядя Филипп, - услышал я голос Ксанты. - Ведь я уже пять минут тихонько читаю вам стихи про всякую чепуховскую чепуху, а вы киваете головой и говорите, что все правильно... "Слон побрил себе усы" - вы сказали: "Ну, конечно", а у слона даже усов не бывает... А потом, когда я прочитала, что "ракетой на Уран улетали раки", вы сказали: "Превосходно, значит так мы и сделаем"... - Голос ее дрогнул и прервался. - Зачем вы так, дядя Филипп?

Я очень смутился.

- Прости меня, Ксанта. Немного задумался. Со старыми людьми это бывает...

- А вы совсем и не старый, - сказала Ксанта, не глядя на меня. - Вам самое большее восемьдесят лет.

- Эх, девочка, если бы мне сейчас было восемьдесят! Но дело не в этом. Я хочу задать тебе один вопрос. Очень трудный вопрос. Скажи мне, как по-твоему, что для человека самое главное?

- Ну, это совсем просто, - улыбнулась Ксанта. - Самое главное для человека, чтобы он был счастлив. А для этого он только должен делать счастливыми других.

- Гм... Пожалуй, ты права, это действительно просто... Никогда бы не подумал, что все на свете так просто... Ну, что мы будем делать теперь?

- Теперь нам надо выпустить киберов. Наверно, им надоело сидеть выключенными. Пора им браться за работу.

Мы зашли в низкий стеклянный домик, похожий на оранжерею. Там рядами стояли смешные коротышки-киберы - целый взвод работяг; это они поддерживали порядок на территории поселка и энергоцентрали.

Ксанта приветствовала всех, как старых знакомых. Включая их по очереди, она одного похлопывала по блестящему никелированному плечу, другого гладила по отшлифованной яйцевидной голове, третьему шептала что-то в раструб звукоприемника. Включенные киберы начинали шевелиться, нетерпеливо притопывали маленькими лапками, расправляли похожие на грабли механические руки и деловито бежали по своим, очевидно хорошо им известным, делам.