– Здравствуйте, здравствуйте, – кивнул отец. – Что это у вас тут за заседание?

– Папа, это Лёнины друзья, – сказала я, чувствуя, что мой голос насквозь пропитан фальшью, – им нужно кое-что скачать.

Неестественность моего поведения не укрылась от него. Обычно такой гостеприимный он, продолжая смотреть на меня, спросил:

– У них что, своего Интернета нет?

– Нам срочно нужно, – проникновенно сказал Хаммер. Тут я увидела, как по розовой щеке Рыжего сползает капля пота, оставляя блестящий след среди белесых волосков, и вдруг явственно представила, как лезвие его ножа по рукоятку входит в папино горло.

– Ну папа! – сказала я таким капризным голосом, которым не разговаривала с ним с тех же «портвейно-абрикосовых» времен. – Ну, можно мы тут одни посидим?!

Уж не знаю, что он подумал. Видимо, то, что в комнате двое «мальчиков» и две «девочки», привело его к какой-то ошибочной, но спасительной догадке, потому что он, слегка расслабившись, сказал:

– Да ладно… Мне-то что? Сидите. – И вышел.

Рыжий шумно выдохнул и вытер висок. Потом осторожно поднялся, шагнул к двери и снова запер ее.

… Трафик качался бешеными объемами, компакты пеклись, как блины. Девчонка только успевала вынимать их и ставить новые болванки. Довольно долго мы молчал, потом Хаммер примирительно сказал:

– Давайте, правда, поговорим о вашем брате, мы ведь действительно его поклонники.

– Скоты вы, а не поклонники, – сказала я. – Не могли по-человечески попросить?..

– Ага, – усмехнулся он. – Вот так, пришли незнакомые люди и говорят: «Можно, мы у вас в Интернете всю ночь посидим?» Вы и пустили.

– Почему нет? – упрямо сказала я. – В Интернете посидеть, а не изнасиловать…

– Хорошая идея, – пробормотал Рыжий. Девочка за компьютером, не оборачиваясь, нервно хихикнула.