Артур с удовольствием взирал на собравшихся гостей. В простоте своей полагал он, что прибыли они поприсутствовать на его коронации и воздать ему великие почести. На радостях послал он им богатые дары, но короли и рыцари подарков не приняли, а посланцев прогнали с оскорблениями. Сказали, что невместно им принимать дары от худородного юнца, у которого еще и борода не выросла. И повелели передать, что они и сами готовы его одарить — за тем и приехали! — хорошим ударом меча и беспощадной войной. Ибо невыносимо им думать, что у такой великой державы будет столь ничтожный правитель.

Получив дерзкий ответ, король Артур понял, что на близкий мир рассчитывать не приходится. И собрал он верных рыцарей и стал держать с ними совет, что делать. Решено было, что возьмет он с собой пять сотен храбрых рыцарей и до поры до времени укроется в крепкой башне.

Осадили ту башню мятежные лорды, но взять не сумели, ибо укреплена она была изрядно, да и припасов у Артура хватало.

На пятнадцатый день приехал в Карлион волшебник Мерлин. Обрадовались ему мятежники, ибо почитали за мудрого человека и доверяли его мнению. И стали приступать с вопросами: по какой такой причине должны они терпеть этого мальчишку в качестве короля Англии?

Усмехнулся Мерлин, предвкушая их удивление (уж очень ему нравилось обескураживать людей), и отвечал:

— Есть такая причина, милорды, и весьма веская! Дело в том, что этот, как вы изволили выразиться, мальчишка — единственный сын короля Утера Пендрагона. А матерью его была миледи Игрейна, весьма знатная дама, в прошлом жена герцога Тинтагельского. Неужто вы и сейчас посчитаете Артура недостойным править Англией?

— Так он, должно быть, незаконный сын! — закричали бароны. — А коли так, нет у него прав на престол!

— Ошибаетесь, милорды, — возразил Мерлин. — Артур был зачат королем через три часа после гибели герцога.