И вот настал день Всех Святых. В огромном зале был накрыт богатый стол, во главе которого восседали все три короля. Распоряжались на том пиру сэр Кэй-сенешаль, сэр Лукан-дворецкий и сэр Грифлет, в чьем ведении находились королевские слуги. Окончив пировать, встали гости из-за праздничного стола, смыли с рук остатки жира и вышли на ристалище, где их уже поджидали семьсот конных рыцарей, желавших принять участие в состязаниях. Три короля, а с ними архиепископ Кентерберийский и сэр Эктор, отец Кэя, заняли свои места под златотканым навесом. Вокруг них расположились благородные дамы, пожелавшие наблюдать за турниром.

Все участники поделились на два лагеря: с одной стороны рыцари Галлии и Бенвика, а с другой — артуровские воины. Поединщики стояли, укрывшись за щитами, выставив копья вперед, и дожидались своей очереди выступить. Открывал состязание сэр Грифлет, а против него выехал французский рыцарь сэр Ладинас. Разогнались они и сшиблись с такой силой, что шиты их разлетелись на кусочки. Сами же всадники вместе с конями рухнули наземь и так долго лежали недвижимые, что их уж посчитали мертвыми. Увидев своего друга на земле, сэр Лукан ринулся с мечом на французских рыцарей и стал один сражаться сразу с несколькими. Тут и сэр Кэй подоспел с пятью английскими рыцарями, и вместе уложили они шестерых соперников. Сэр Кэй в тот день вообще являл чудеса храбрости на ратном поле. Он сражался с такой ловкостью и умением, что затмил всех прочих участников состязания. С ним соперничали два французских рыцаря — сэр Ладинас и сэр Грациан, которые тоже снискали немало похвал. Но вот выехал против Кэя сэр Плацидас, добрый рыцарь, и поверг его наземь. Увидев такое дело, рассвирепел сэр Грифлет и с такой силой налетел на обидчика, что опрокинул его навзничь. И пятеро рыцарей, что были с сэром Кэем, решили отомстить за товарища: избрали они каждый по французскому рыцарю и сбросили их с лошадей.