Корабль затрясся, как погремушка в руках рассерженного ребенка.

— Капитан, внешнее давление растет, — крикнул Скотти со своего места. — Восемьсот… оно продолжает расти!

— Мистер Скотти, сделайте все возможное.

— Давление критическое, сэр. Тысяча… Корабль не выдержит.

Кирк в ярости повернулся к экрану.

— Хорошо, вы выиграли. Перестаньте.

— Вы получили хороший урок. Помните о нем, — произнес голос. На его суровом лице появилась ослепительная улыбка.

— Капитан, я приглашаю вас и ваших офицеров к себе. Всех, кроме того — с острыми ушами.

Кирк поспешно заметил Споку:

— Не обращайте внимания, мистер Спок. Мы не знаем, с кем имеем дело.

Между тем голос потребовал:

— Поторапливайтесь, дети мои. Да возликуют ваши сердца!

— Ну как, Боунс, вы готовы?

— Джим, вы считаете это целесообразным?

— Не хотите же вы, чтобы наш корабль раздавили, как орех.

Кирк встал, и подошел к сидевшему за компьютером Первому помощнику.

— Мистер Спок, вы остаетесь за старшего. Попытайтесь определить природу удерживающей нас силы, привлеките к этой работе всех научных сотрудников. Попытайтесь высвободить корабль.

— Есть, сэр, вы… вниз?

— Да, мистер Спок.

Кирк и сопровождавшие его офицеры оказались среди оливковых деревьев. Перед ними на поросшем травой холме стояло небольшое сооружение из белоснежного мрамора. Оно было украшено шестью колоннами с каннелюрами и изящными резными завитками. От храма явно веяло классической древностью. И все же в нем было что-то удивительно знакомое.

Полукруглая лестница вела наверх, внутрь здания.

Чехов и Скотти прикрывали Кирка сзади. Он сказал:

— Следите за показаниями трикодеров.

Кэролин Пэламас побледнела и подошла к Мак-Кою.

— Доктор, а зачем капитан взял меня сюда? Мак-Кой ответил: