Найдя местечко, в большей или меньшей степени удовлетворявшее его запросы, он велел лешим свалить дрова у камина и отпустил их. Приятно пораженные его щедростью, эти внешне нескладные, суетливые существа замялись у порога и задали ему тревожащий их вопрос:

— Что мы будем есть теперь, когда вы разбудили нас, принц?

Рэй внутренне вздохнул, но вида не подал.

— Идите в лес, — сказал он спокойно. — Все, что там найдете — ваше.

— В лес нельзя, — робко возразил один, явив хорошую память, и Рэй постарался запомнить умника на будущее, — там отрава.

— Ее уже нет, она изжила себя, и за свои слова я ручаюсь. Если же ничего не найдете, я усыплю вас снова до тех времен, пока еда не появится.

Здесь не принято было сомневаться в словах принца. Лешие синхронно поклонились, скрипнув суставами.

— А других мы тоже можем послать в лес, принц?

Рэй кивнул, и они наконец оставили его. По крайней мере теперь он мог отдохнуть. Он наложил засов и огляделся.

При прежних хозяевах комнатка, очевидно, не принадлежала к числу роскошных и вряд ли посещалась царственными особами. Она была погружена в толщу стены, ее единственное узкое стрельчатое окошко глядело за стены Замка и нависало над склоном горы в каких-нибудь десяти футах от земли. Деревья рощи подступали здесь совсем близко. В его богатой приключениями жизни бывали пристанища и пороскошнее.

Уже темнело. Для ноября — самое время. Рэй потрудился еще немного, разжигая в камине непокорную мебель, и устроился у огня, подъедая остатки своих припасов. Не такой уж убогой показалась ему эта комнатка, внимательно обойденная вторым взглядом. Решетка на окне была из чугуна, оформленная сложным изгибистым и шипастым узором, отвечающим чьему-то представлению о красоте, в окне — стекло, хоть и не цветное, но, что куда более важно, целое. Низенькая входная дверь приходилась напротив окна, и ее поверхность из мореного северного дуба сплошь покрывал резной узор, полностью повторявший декор решетки.