— Кстати, гунны — это чего за ребята? — спросил Валя. — Слышал что-то, но… с историей-то у меня тяжко.

— Я тоже не много чего знаю. Это, если не ошибаюсь, четвертый — пятый века нашей эры. Вроде бы монголоиды. Пришли на место готов — предков германских, сначала побили тех, а потом сдружились. Их союз в шестом веке авары перебили. Так что, наших хлопцев сразу можно на несуразице поймать — не могли гунны с русскими воевать, так как они во времени на пару веков разошлись.

— Разминулись, значит, — согласился шофер. — А как, интересно, они сбежали?..

— Из психушки, что ли?

— Hе-е-ет, от хуннов.

— Звяга говорит — хозяин со старшими сыновьями куда-то срочно ускакал, а за ними, рабами, самый младший присматривал, совсем пацан. Так Звяга его стукнул и к табуну — за лошадьми. А за ним и женщины. Я специально спросил — насмерть прибил или как, а он ответил — как же можно насмерть-то? «Тогда б нас и вязать не стали бы, а сразу б стрелами кончили. А так была надежда, что если поймают — побьют, но в живых оставят.» В общем, по рассуждениям на психов не похоже. Опять-таки, хоть и психи, а смирные…

— Hичего себе — смирные! Ребенка прибил… — высказался Валентин, невольно прибавляя газу.

— Так не насмерть же.

— Так, да не так, у меня есть другая идея, — вмешался Женя. — Дело в следующем: здесь снимают кино про древние века. Тогда все сходится — и одежда, и речь, и прочее. Они в образ вошли и никак не выйдут. А места — самые подходящие для съемок.

Геологи замолчали, каждый по-своему переваривая свежую мысль.

Первым нарушил молчание Валентин:

— Это значит — съемочная группа пошла погулять, установив скрытую камеру, а актеров оставили связанными и забывшими русскую речь. Так, что ли?

— Скажешь — не может быть? — Женька кинул на шофера хитрый взгляд. — Актерских баек ты мало слышал — по телевизору чуть ли ни каждый день про подобное рассказывают.