"...и окажемся там же, где папа", - хочет добавить он, но умолкает под тяжелым взглядом сестры.
- Ты все-таки сначала думай, а потом говори, - шипит Джина. - Мама же!..
- Ничего, - говорит Нора, - ничего. Дай брату рассказать. "Дорога в Никуда" - это действительно очень здорово, может быть, я даже вставлю ее в новую книжку, как вам кажется, дети? Вам было бы интересно о таком читать?
Мэтью энергично кивает, Джина яростно мотает головой, Нора улыбается, и слеза, покатившаяся было по ее щеке, останавливается на полдороге и тут же высыхает.
* * *
- Жизнь и сновидения - страницы одной и той же книги, - говорит Лизелотта. Она сидит в шезлонге вытянув ноги, нежится под лучами выглянувшего наконец солнца, и выражение лица у нее при этом самое что ни на есть мечтательное.
- Что?!
Тимоти даже подскочил от неожиданности. Конечно, они прожили вместе четырнадцать лет и всегда отлично понимали друг друга, а все-таки отвечать вслух на его мысли - такого обычая у нее до сих пор не было.
- Это не я придумала. Это Шопенгауэр.
- Правда? С ума сойти, я на него по молодости сдуру только что не молился, а этой фразы не помню.
- А я, считай, только ее и помню. Наверное, потому, что все остальное не в моем вкусе, он для меня слишком пессимист, аж тошно делается... Но это, знаешь, очень полезная формула. Помогает трезво смотреть на вещи.