«ВХОД В НЕРАБОЧЕЕ ВРЕМЯ КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩЕН.

ШТРАФ — 100 РУБ.»

Поморгал глазами, прикинул, что бы это значило, да отступать поздно. Набрал воздуха побольше и — нырь в нее.

Опять ничего понять не могу: стою посреди коридора недлинного, люди впереди через тамбур какой-то проходят, а там старичок в фуражке вахтерской на экранчик сбоку смотрит. Что он в нем высматривает, непонятно, только раз, вдруг, одного за шкварник и напарнику передает. А тот его и отчитывает: «Что ж мол, ты, такой-сякой, не читал на калитке, что написано? Вымахал детина, а по писанному не понимает. Пошли-ка, протокол составлять будем». Бедняга туда-сюда, да деваться некуда.

Вахтер оглядел меня с любопытством, прищурился, спросил:

«Новенький, что ли?» — «В первый раз», — отвечаю. «Ну давай, — говорит, — новенький, приобщайся. Там тебе объяснят».

Прошел я тамбур, пару шагов машинально сделал и обмер. Ноги отказали; глазам своим не верю. Прямо передо мной, под самые облака, гора вздымается. Огроменная. И гора — не гора, а… слова не подберешь даже. Если по обилию людей, ползающих по ней, судить, то натуральный муравейник, а если по форме — пирамида. От основания до самой вершины лестница вьется с поручнями. Через каждые метров пятьдесят — площадки со скамеечками для отдыха; люди на них сидят, отдуваются, а мимо в распахнутые двери те идут, что еще не устали. А двери эти в магазины ведут — гора-то вся из магазинов сложена! Но больше всего поразила меня надпись на арке, обрамляющей начало лестницы. Здоровенными такими буквами золотыми выписано:

«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА КУДЫКИНУ ГОРУ!»

Это я в первую очередь разглядел. Потом уж надписи на магазинах читать взялся: каких там только не было!