– Пора с этим заканчивать, – вслух сказал Хайден.

Кошка сощурила глаза:

– М-мыслит пр-равильно! Стопр-роцентный самоубийца! Опять же когда-то был весьма подающим надежды рыцар-рем, до героя только самый чуток не дослужился…

– Что-то меня тут настораживает, – нахмурилась колдунья. – Странный он какой-то. Словно неживой.

– Последствия, – ответила советница. – Его в Эндлес-се Бесчувственным обзывают. Др-рама жизни… Одним словом, вроде и человек, а на деле все равно что кусок льда замор-роженный. Ни любить не может, ни ненавидеть, ни р-радоваться… ничего ему не интер-ресно… Такому и жить-то незачем! Подойдет?

– Нет. Снять заклятие может только герой с пылким сердцем и верой в душе. Ты на этого посмотри – похож он на такого?!

– Вот я больше на собаку похожа… – фыркнула кошка, пару секунд поизучав взглядом Хайдена.

– Другого поищем, – решила колдунья.

– А этот?

– Сам пусть разбирается. Наше дело сторона… Куда это он? Лошадь седлает среди ночи…

– К реке поехал… Да в той стор-роне ведь граница, земли Эндлесса заканчиваются! Неужто в Тайгет собр-рался?! – изумилась кошка, опираясь лапой на локоть хозяйки. – В бою помир-рать?! Умно… Всего-то денек пути. А там эндлессцев еще с последней войны недобрым словом пом-минают, так что… как только он гр-раницу переступит – тут ему и конец! По-моему, пр-роще повеситься, но он, видно, без тр-рудностей не может… Да, впр-рочем, они, Эйгоны, все такие…

– Уйди, не мешай! – Старуха наконец отпихнула компаньонку в сторону и вытянула над котлом руку со склянкой. – Сейчас еще посмотрим. Попробую пропорции увеличить, чтобы и дальние королевства охватить… У-уй!!