Мы прошли в раздевалку к Лене, по дороге я успела узнать кучу подробностей о «премерзком» характере Айрапета Варджаняна, о его «фригидной ледышке» Роксане, о «бездарных» коллегах, что, кстати, совершенно не соответствовало тому, что я знала от Полины.

На все это мне было наплевать, самое главное, что я так и не узнала ни грамма из того, что произошло здесь вчера.

В раздевалке, заваленной спортивными причиндалами, грудой косметики и грязной посудой, Ленка сразу плюхнулась в крутящееся кресло.

Я выбрала себе место почище и тоже присела.

– Лен, а почему ты назвала Романа трусом? – задала я первый вопрос.

– Потому что знаю его! Он треплется много, да не по делу. А правду сказать боится, потому что трясется за свое место.

– Какую правду? – попыталась выяснить я, но Лена не ответила мне, по-моему, она даже не расслышала моего вопроса, роясь в сваленных вперемешку вещах.

– Лена, – попыталась я все-таки перевести разговор в конструктивное русло, – все это, бесспорно, очень интересно, но меня интересует, что произошло здесь вчера. Кого убили и как, и, главное, почему задержали Полину.

– Хочешь пива? – вместо ответа предложила Ленка, извлекая-таки из кучи своего хлама бутылку пива.

Рассудок мне подсказывал, что лучше бы отказаться, но маленький чертик, который постоянно подбивает меня на разного рода соблазны, прямо-таки замолотил своими кулачонками изнутри, заставляя согласиться.

– Давайте, – кивнула я.

– Да чего ты на вы-то? – засмеялась Ленка, откупоривая бутылку «Балтики». – Давай уж на ты! За знакомство! Коньяком, конечно, было бы лучше отмечать, да его Айрапет весь выжрал! – она расхохоталась пьяным смехом, и я поняла, что Лена уже приняла не одну бутылку пива, как она сказала Роме.

Мы чокнулись пивом и выпили. После этого мне наконец-то удалось направить поток Ленкиного трепа в нужное направление. Из ее рассказа я узнала, что на занятиях Полины погибла «одна мокрощелка», причем перед этим Полина поила ее кофе, вот почему моя сестра и оказалась задержанной.