– Жора… – оторопев, проговорила я. – И это ты называешь в порядке?

– А что такого? – удивился Жора.

– Да ты посмотри, на что похожа моя квартира! – простонала я, сползая по стене вниз. – Ведь тут будто Мамай прошел!

– Ну… Она у тебя почти всегда такая… – смущенно пробормотал Жора. – Я подумал, что ты просто не убиралась давно!

Я гордо выпрямилась с видом оскорбленной добродетели.

– Сколько бы времени я не игнорировала уборку, – произнесла я ледяным тоном, – но такого Содома и Гоморры у меня никогда не бывает! Жора! Ты же профессионал! Неужели ты не видишь, что здесь явно что-то искали? Почему, например, вывернуты все ящики с бельем?

– Я подумал, что ты куда-то торопилась и по своему обыкновению впопыхах искала нужную вещь, – оправдывался Жора.

– Думал ты! Если бы ты подумал, то задался бы вопросом, для чего я стала вспарывать подушки! – да, вот это действительно мне не пришло в голову, – смущенно почесал Жора затылок. – Ну, извини, Оля, значит, у тебя действительно кто-то побывал. Так что теперь тебе предстоит работа – тщательно все просмотреть и выяснить, пропало ли что-нибудь, и если пропало, то что именно.

– Боже мой, боже мой, – сокрушалась я, ползая по полу, пытаясь одновременно собрать вещи, сгрести мусор, а заодно определить, не исчезло ли что-то из моих ценных вещей.

Задача осложнялась тем, что в моем доме вещи обладали уникальной особенностью периодически исчезать таинственным образом, а потом столь же таинственным образом находиться то в детских игрушках, то на антресолях, то в баке с грязным бельем. Причем находились обычно не самые нужные вещи, такие, как, скажем, старый Артуров мячик, найденный там, где ему было самое место – в месяц не выбрасываемом мусорном ведре. Но сын мой был бесконечно счастлив этой находке.

А вот золотая цепочка, например, потерянная года два назад, так почему-то и не нашлась.