Я набрала в легкие побольше воздуха и рассказала все о своем посещении квартиры Кати Зорянской. О дальнейших своих похождениях я тактично промолчала. Да и разве Жоре это интересно?

– Та-а-ак… – зловеще протянул Жора. – нет, вас с Полиной точно могила исправит! Ну какого черта ты туда сунулась? Ты понимаешь, что могло случиться, если бы тебя там застали? Одна сестра задержана по подозрению в убийстве девушки, а другую находят в квартире этой девушки на пару с трупом ее подруги! Да тебя тут же упекли бы, и ни у кого не осталось бы сомнений в том, что сестры Снегиревы сговорились убить обеих студенток!

– Но, Жора, какие у нас мотивы? – робко вставила я.

– Мотивы в данном случае никого бы не волновали! И даже мне вряд ли удалось вас вытащить из этой истории!

– Жора, я просто хотела помочь Полине, – оправдываясь, пролепетала я.

– А я чем, по-твоему, занимаюсь? Груши околачиваю? Что вы все время мне только мешаете! Новость у нее важная! Да я уже давно знаю про этот труп! И знаю, что это действительно Катя Зорянская!

– Откуда? – спросила я.

– Соседи сообщили! И скажи спасибо, что ни один из них не заявил, что там крутилась любопытная очкастая особа!

Я испытала такое облегчение, что даже не обиделась на «очкастую особу».

– Жора, что же это означает? – тихо спросила я Овсянникова. – Я так надеялась на показания этой девушки…

– А уж как я надеялся! – раздраженно подчеркнул Жора слово «я».

– Послушай, но ты же не станешь обвинять меня в том, что ее убили!

– Не стану, – Жора смягчился. – Просто я в миллионный уже, наверное, раз прошу вас не лезть ни в какие криминальные дела! Тебе что, заняться нечем? На работу лучше устройся! Вечно денег нет!

– Ладно, хватит! – одернула я Жору, ударившего по самому больному месту.