Когда мы туда попали, она мне пообещала объяснить все чудеса следующим же утром. Однако после ночи страстной любви, я проснулся не в волшебных чертогах в объятиях возлюбленной, а на голой лавке в придорожном трактире. Туда меня привезли ночью какие-то неизвестные люди в бессознательном состоянии. Причем, все мои вещи и деньги оказались в целости и были переданы на хранение трактирщику.

Пока я вспоминал эту странную историю, возчик немного успокоился, встал с колен и опять занялся сломанной оглоблей. Я от нечего делать, наблюдал за его действиями. Мужик тщательно прикладывал друг к другу обе части местами слома, глубокомысленно их осматривал, потом снова разъединял. Однако несмотря на его усилия, оглобля почему-то не срасталась. Он укоризненно качал головой и несколько раз повторил попытки. Потом бросил обломки на дорогу и объяснил:

– Нет, никак не получается, а хорошая была оглобелька, считай, десять лет прослужила! Кабы глупая животина не упала, ей бы век сносу не было.

Я рассеяно кивнул и опять вернулся в недавнее прошлое. Уснув с возлюбленной на кровати и нежданно-негаданно проснувшись в неизвестном трактире, я какое-то время пребывал в понятной прострации. Я даже не мог придумать, что мне делать дальше. Понятно, мне следовало как-то упорядочить жизнь, «легализоваться», разыскать родственников и людей, с которыми познакомился тринадцать лет назад.

Однако кругом гремела война, Москва сгорела, на дорогах творилось столпотворение. Короче говоря, время для поисков знакомых и наведения мостов было не самое подходящее. Нужно было где-то переждать пик драматических событий. Потому я на два дня остался в трактире куда меня «подбросили». Там отдохнув и отоспавшись, я решил уехать в Калугу, переждать вблизи от столицы окончание боевых действий.