А кончилось все так странно, что улыбка сама собой сползла у меня с лица.

– Дорогой друг, – зычно возвестил незнакомец, – какая приятная неожиданность! Никак не ожидал вас так запросто встретить на дороге! Вот это радость, так радость!

Возможно, для него это и было радостью, но никак не для меня, теперь мне предстояло его разочаровать и сознаться, что я отнюдь не его «дорогой друг». Я уже было открыл рот, что бы сказать, что он ошибся, как он назвал меня по имени отчеству.

– Алексей Григорьевич, батенька, – взволнованно проговорил незнакомец, заключая мое растерянное тело в крепкие дружеские объятия, – какими судьбами?!

– Да вот, решил поехать в санях, а у возчика сломалась оглобля, – невнятно объяснил я, не зная что обо всем этом думать.

Мало того, что я, судя по реакции, был так похож на его знакомого, что он меня с ним перепутал, так еще мы с этим неведом Алексеем Григорьевичем, оказались полными тезами.

Пока я все это прокручивал в голове, пылкий приятель Алексея Григорьевича что есть силы, прижимал меня к своей любящей груди.

Наконец взрыв его чувств пошел на убыль, и он меня отпустил, правда, продолжал придерживать за рукав и откровенно мной любовался.

– Марья Ивановна, когда узнает, что мы с вами так запросто встретились, ни за что не поверит! – сообщил он мне. – Вот ей будет радость, она последнее время только о вас и говорит!

Теперь в дело включалась еще неведомая Марья Ивановна, надеюсь не интимная подруга моего полного тезки, Алексея Григорьевича.

– Да, да, конечно, я и сам не ожидал, такая неожиданная встреча, – промямлил я, чтобы хоть как-то ответить на его восторги.

– Вы теперь куда направляетесь? – спросил проезжий, так и не отпуская моего рукава.

– Хотел съездить в Калугу, – назвал я конечный пункт своего вояжа, – да оглобля сломалась.