Прогрохотала еще одна электричка. Из нее вышел единственный пассажир грузный человек с раскрасневшимся лицом. Сойдя на платформу, он сразу же уверенно двинулся к "Двуликому Янусу". Трое друзей плотнее сдвинулись вокруг столика, закрывая Ромрой от постороннего взгляда. Но, дойдя до угла, человек повернул туда, где торговали пивом.

С той стороны палатки донесся его громкий, изумленный голос.

Леня схватил Ромрой, спрятал его в сумку и кинулся к противоположной стороне. Юра и Галя последовали за ним.

Их ожидало удивительное и живописное зрелище.

Все, кто пил пиво, кроме только что подошедшего человека с красным лицом, неподвижно застыли, словно бы остановленные мановением некоей волшебной палочки. Позы этих людей были самыми красочными, полными жизни, только в один момент прерванной удивительной и могущественной силой.

Продавщица, коренастая женщина в потемневшем от пива халате, с потрясенным выражением лица бегала среди этих остановившихся людей и с дрожью в голосе уговаривала их немедленно прекратить, обещая в противном случае вызвать милицию. Но никто не внимал ее просьбам, никто не шевелился: каждый из этих людей выглядел так, как будто его внезапно отключили от действительности, и неизвестно, сколько пройдет времени, прежде чем он снова окажется включенным. Лица большинства были, пожалуй, вполне осмысленными, на них отражались разве только испуг и безграничное удивление.

Леня улыбнулся и отступил. За ним отступили и Юра с Галей. Вернувшись к столику, Леня допил свой квас.

- Вы понимаете? - спросил он, все еще продолжая улыбаться. - Ведь Ромрой отобрал у них всю энергию целиком, у них нет сил даже пошевелиться. Ромрой решил, что она вся у них теперь пропадает впустую или идет во вред. Вот, значит, как работает аккумулятор.

Галя вновь была серьезной.

- Интересно, - задумчиво сказала она, - много ли можно собрать на Земле ненужной энергии?