— Солдат! Смир-р-р-на!!!

За миг до команды декурион расшвырял противников и, косолапя, двинулся в сторону банкета. Но, услышав приказ, рефлекторно замер, даже руки по швам вытянул. Опомниться забияке не дали. По ступенькам вихрем слетел Тумидус, с умелой жестокостью завернул рыжему руку за спину, к затылку, ткнул мордой в стол.

— Не дергайся, солдат. Изувечу.

— Держите его! Мы сейчас... мы уже идем!..

Разгоряченные, избитые, злые, как голодные фаги, нотариусы решили воспользоваться моментом и от души наломать обездвиженному противнику. Легат искоса зыркнул на них — и герои быстро передумали. Кажется, дошло: если этот здоровяка скрутил, то их просто по стенкам размажет.

По ступенькам загрохотали сапоги. В баре объявился патруль: обер-центурион и пара курсантов с повязками-мигалками на рукавах. Выведенные в режим «тревоги», мигалки синхронно вспыхивали алым, оставляя в воздухе мерцающие надписи:

«Внимание! Военная полиция!»

— Обер-центурион Припий! Благодарю за помощь в задержании!

Прежде чем изъявить благодарность, Припий с ревностью воззрился на экс-легата. Штатский хлыщ декуриона ломает? Непорядок! Нам, патрулям, по чину положено, а всяческим штафиркам... Впрочем, глаз у Припия был наметанный. Да и выправку Тумидуса не заметил бы разве что слепой.

— Забирайте буяна.

— Кто затеял драку?

— Он! — загундосил шутник, хлюпая разбитым носом. — Он первый...

Обер-центурион демонстративно пропустил заявление нотариуса мимо ушей. Припий ждал ответа от декуриона.

— Я, — выдавил рыжий.

— Причина?

Декурион покосился на Лючано, но ничего не сказал. Однако и Припий, и легат успели проследить за его взглядом.

— Семилибертус. Ясное дело, — буркнул обер-центурион. — Важные господа решили посмеяться...

Он замолчал. По лицу Припия ясно читалось, что начальник патруля бранит себя за длинный язык. Нотариусы отводили глаза. Мальчик, разгоряченный зрелищем драки, лез целоваться к девочке. Банкет выпил «за здоровье всех присутствующих». Бармен подсчитывал убытки.