И свернутая шуба подмышкой.

– А теперь сам скажи: ты бы на моем месте такого пустил?

– Ни за что, – без колебаний ответил Лючано.

– Вот и я не пущу. Не обижайся, да? Мне на бирже работу искать неохота.

– Пусти, брат! Мне с адвокатом связаться надо.

Повысив охранника из «друга» до «брата», добиться ответной симпатии не удалось.

– Ты бы хоть думал, что говоришь. Ну откуда у тебя адвокат?

– С Китты! У меня есть адвокат! Честное слово!

На лице «квадрата» мелькнула тень неуверенности.

– Если тебе так приспичило, – он в задумчивости почесал кончик носа, – я должен выяснить, кто ты. Прикинь хорошенько: ты этого хочешь?

Деваться было некуда.

– Хочу, – тяжко вздохнул Лючано.

– Ну смотри, я тебя предупредил. В случае чего, сдам в кутузку, и привет.

– Я понял.

– Давай руку.

Крепыш отстегнул от пояса портативный идентификатор. Тарталья приложил ладонь к датчику.

– Э-э, приятель! Да ты срок мотаешь!

Лапища «квадрата» нашарила кобуру.

– Дальше! Читай дальше! – взмолился Лючано. – Там должно быть!

– Поправка Джексона-Плиния… – вслух прочел охранник, скосив один глаз на дисплей. Он читал медленно, буквально по слогам, стараясь держать подозрительного бродягу в поле зрения. – Ты что, раб?!

– Типа того.

– Врешь! Видал я рабов. Они себя иначе ведут. Беглый, что ли?

Рассказать ему правду? Слушать замается. И все равно не поверит.

– Беглый.

– От помца сбежал?!

– Да! – на Лючано снизошло вдохновение. – Посмотри на меня! Видишь? Это хозяин меня отделал. Вот я и удрал! Он, гадюка, на днях с инсультом свалился. Ничерта не соображает, нас не контролирует…